Московский Патриархат. Белорусский Экзархат. Религиозная организация «Религиозная община Приход храма святой великомученицы Анастасии Узорешительницы в г.Минске Минской епархии Белорусской Православной Церкви»
Наверное, вы замечали, что время течёт очень по-разному. Иногда оно — словно медленная река, но на этом течении случаются и пороги, и резкие повороты, и даже обрывы.
Сегодня в храмах читается отрывок из 14-й главы Евангелия от Марка — где мы увидим два разных времени — и две совершенно разные логики поведения.
Глава 14.
10И пошел Иуда Искариот, один из двенадцати, к первосвященникам, чтобы предать Его им.
11Они же, услышав, обрадовались, и обещали дать ему сребреники. И он искал, как бы в удобное время предать Его.
12В первый день опресноков, когда заколали пасхального агнца, говорят Ему ученики Его: где хочешь есть пасху? мы пойдем и приготовим.
13И посылает двух из учеников Своих и говорит им: пойдите в город; и встретится вам человек, несущий кувшин воды; последуйте за ним
14и куда он войдет, скажите хозяину дома того: Учитель говорит: где комната, в которой бы Мне есть пасху с учениками Моими?
15И он покажет вам горницу большую, устланную, готовую: там приготовьте нам.
16И пошли ученики Его, и пришли в город, и нашли, как сказал им; и приготовили пасху.
17Когда настал вечер, Он приходит с двенадцатью.
18И, когда они возлежали и ели, Иисус сказал: истинно говорю вам, один из вас, ядущий со Мною, предаст Меня.
19Они опечалились и стали говорить Ему, один за другим: не я ли? и другой: не я ли?
20Он же сказал им в ответ: один из двенадцати, обмакивающий со Мною в блюдо.
21Впрочем Сын Человеческий идет, как писано о Нем; но горе тому человеку, которым Сын Человеческий предается: лучше было бы тому человеку не родиться.
22И когда они ели, Иисус, взяв хлеб, благословил, преломил, дал им и сказал: приимите, ядите; сие есть Тело Мое.
23И, взяв чашу, благодарив, подал им: и пили из нее все.
24И сказал им: сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая.
25Истинно говорю вам: Я уже не буду пить от плода виноградного до того дня, когда буду пить новое вино в Царствии Божием.
26И, воспев, пошли на гору Елеонскую.
27И говорит им Иисус: все вы соблазнитесь о Мне в эту ночь; ибо написано: поражу пастыря, и рассеются овцы.
28По воскресении же Моем, Я предварю вас в Галилее.
29Петр сказал Ему: если и все соблазнятся, но не я.
30И говорит ему Иисус: истинно говорю тебе, что ты ныне, в эту ночь, прежде нежели дважды пропоет петух, трижды отречешься от Меня.
31Но он еще с большим усилием говорил: хотя бы мне надлежало и умереть с Тобою, не отрекусь от Тебя. То же и все говорили.
32Пришли в селение, называемое Гефсимания; и Он сказал ученикам Своим: посидите здесь, пока Я помолюсь.
33И взял с Собою Петра, Иакова и Иоанна; и начал ужасаться и тосковать.
34И сказал им: душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте.
35И, отойдя немного, пал на землю и молился, чтобы, если возможно, миновал Его час сей;
36и говорил: Авва Отче! всё возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня; но не чего Я хочу, а чего Ты.
37Возвращается и находит их спящими, и говорит Петру: Симон! ты спишь? не мог ты бодрствовать один час?
38Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна.
39И, опять отойдя, молился, сказав то же слово.
40И, возвратившись, опять нашел их спящими, ибо глаза у них отяжелели, и они не знали, что Ему отвечать.
41И приходит в третий раз и говорит им: вы всё еще спите и почиваете? Кончено, пришел час: вот, предается Сын Человеческий в руки грешников.
В евангельском чтении, которое мы только что слышали, происходит столкновение двух «времён» — времени Христа и времени Иуды. Для Иисуса — «настал час» — в который Он должен принять решение и совершить выбор — либо в пользу Себя — либо остаться послушным воле Небесного Отца и отдать Себя целиком, всю Свою жизнь — в Его руки.
Для Иуды — тоже время — особое: Иерусалим полон паломниками, в народе господствует недовольство жёстким давлением со стороны римской власти, любой повод для возмущения — и тотчас поднимутся волнения, вплоть до массового бунта. Его, Иуды, время — совсем о другом: ему надо подыскать максимально удобный момент, чтобы предать Иисуса в руки римских властей — но при этом не создать для них проблемы в виде народных волнений. Иуда — мастер «режиссуры»: ему важно выстроить «сцену» так, чтобы всё «сработало», словно часовой механизм, без сбоев, проволочек и ненужных импровизаций. И тогда его воля — исполнится: он не только получит свой «гонорар» за предательство, но и — как он был уверен! — наконец-то запустится мощный, сложный процесс — благодаря которому Иисус окажется в критической ситуации, когда не проявить Своё мессианское достоинство Он уже не сможет! И тогда Иуда окажется дважды — а то и многажды! — победителем! Он всем покажет, насколько он — умён, расчётлив, изобретателен в продумывании политических процессов — и, конечно же, в итоге Иисус Сам оценит его исключительные способности!
Если бы в Евангелии не было этой пронзительной сцены внутренней борьбы Иисуса в Гефсимании, спящих от усталости учеников, кровавого пота — и принятого решения идти до конца — можно было бы сомневаться в реальности описанных событий. Но то, как Евангелие беспощадно, хлёстко, однозначно показывает нам это предельное сжатие времени для Иисуса — где Он — и только Он Сам — должен сказать либо «да», либо — «нет» — лучшее доказательство подлинности всего, что описано. Здесь, в этом звенящем напряжении момента, нет никакого пространства ни для «режиссуры», ни для «тактического манёвра», ни для «сцены»: когда время «пришло» — надо принимать решение. Где единственно правильное решение — шаг в смерть и полную неизвестность.
Для Иуды настоящий бог, которому он и служит, — «удачный момент». Для Иисуса — самый «неудачный момент», когда Его все бросили, даже самые близкие ученики не в силах противостоять усталости и заснули — вовсе не препятствие для верности Небесному Отцу. Если надо решать сейчас — значит, надо решать. Сейчас. Не завтра. Не когда «наступит удобное время». Не когда «я буду готов». А прямо сейчас.
Как же важно почаще вспоминать эту разницу между двумя временами — временем «режиссёра» Иуды — и временем верного Отцу Иисуса. И когда нас так и подначивает уклониться, перенести, отложить, забыть — вместо того, чтобы принимать решение — когда оно уже очевидно назрело — когда уже «пришёл час» — всё же пойти не за Иудой, а за Христом — даже если этот путь — крестный!
